— Стой! Да стой же ты, отродье шакала! — меня огрели по спине плетью. Сильно. Очень. Даже сквозь одежду проняло. Впрочем, та рванина, которую бросили в тюрьме во время суда такого гордого наименования вряд ли заслуживала. Развернувшись лицом к обидчику, я обнаружил двух монахов. Один из них, определенно, имел некоторые способности к святой магии, потому что при взгляде на его ауру слегка резало глаза, что являлось достаточно характерной особенностью, а второй, обычный человек и сжимал в руках рукоятку с прицепленными к ней кожаными ремнями.
— Ты темный ведьмак и слуга морской богини, — его оружие одновременно с констатацией очевидных фактов едва не ткнулось мне в нос.
Увы, но да. Отмечен этой сущностью, чтоб ей пусто было. В город Колон, куда мы с друзьями переехали из той деревни, не желая лишний раз искушать судьбу и селян наличием вблизи их загребущих рук большого количества денег, проникло весьма редкое существо. Радужная русалка. Такие в широких пределах умеют в изменять свое обличье, являясь истинными метаморфами. В то же время я познакомился с очаровательным бардом, полуэльфийкой по имени Фина. Жительница моря мстила магам города за убитого собрата. Под раздачу попали и три А. Мы с Артемом отделались легким испугом, а вот Ярослав ослеп. В поисках излечения нам пришлось податься в заброшенный храм морской богини, ибо это сущность исцеляет своих верующих практически от всего, а одну из местных религий принять все‑таки надо было рано или поздно, чтобы быть спокойным за свою душу, в наличии которой сомневаться уже просто физически не получалось. Маги ее просто видят.
Каждому из нас она дала особое задание, чтобы заслужить ее покровительств. И моим стало забрать у радужной русалки то, чем она больше всего дорожит. Практически сразу произошла стычка с обиженной на чародеев мстительницей, где та очень знакомым голосом попросила в конце–концов себя добить. Оказалось, что в город явились две сводных сестры, отца одной из которых принесли в жертву. И я по очереди волочился то за одной, то за другой, не замечая подмены. И в итоге убил ту, с которой до этого провел ночь, пусть даже то того она пыталась прикончить своего незадачливого кавалера.
— Чего молчишь, отребье! — вопросительно уставился на меня монах, не дождавшись ответа. В душе вскипел гнев и обида. На судьбу. На богов. На архидемонов. На себя и своих друзей. Ведь в том, что я оказался здесь и сейчас в таком переплете виноваты в том числе и мы сами. Послав морскую богиню с ее требованиями подальше, наше трио решилось искать другие пути исцеления Алколита. И решилось на призыв архидемона. Младший из повелителей зла по имени Окреш был вынужден в силу наложенного на него Сакраешем наказания два раза ответить на любой вопрос смертного волшебника, призвавшего его в реальность, не причиняя ему ни малейшего вреда и не принимая платы. Но все пошло совсем не так как планировалось. Одновременно с нами это существо, призвал и кое‑кто еще. Дроу. У темных эльфов наступил некий аналог выпускных экзаменов, где юные волшебницы чтобы доказать свои возможности обязаны были выдержать смертельное опасное испытание. Переспать с демоном. Амбициозные выбирали сильных, осторожные слабых, умные Окреша, известного на весь мир, а возможно и не на один, как большого бабника. Которому к тому же обидеть призывающего почти физически невозможно. Понятное дело, повелителю зла, пусть даже самому слабому и презираемому остальными сородичами принять обличье любой твари, даже самой смертоносной, труда не представляло. Вот только когда он явился к нам сразу в шести телах, то мы об этом понятное дело не знали и атаковали, решив, будто в ритуал вмешались посторонние сущности, жаждущие подзакусить неопытными чернокнижниками.
— Если ударишь — убью, — пообещал я монаху, видя, как он замахивается плеткой и заставляя кровь выступить из пор на коже и сложиться в жуткое подобие маски. Пугающе и глаза защищает. Видеть, правда, сразу стало проблематично, но уж силуэты обоих церковников вблизи различались прекрасно. А за душу…за нее теперь опасаться было уже поздно. Вляпался. Стал жрецом морской богини. Когда Ассасин занял место Окреша, приняв похожее на демоническое обличье и обрадовав своим визитом одну из ожидающих пришедшего из преисподней любовника дроу, то архидемон совсем взбесился. Нас бы просто уничтожило, но тут вмешалась покровительница морей и океанов. Я выполнил ее условие, забрав у своей любовницы то, чем она больше всего дорожила. Жизнь. Артем тоже. Ему было дано задание совершить подвиг на постельном фроне и наставленные повелителю зла рога за таковые засчитались. Алколит прошел довеском. Всех нас троих небожительница благословила одной пощечиной, приняв под свое крыло и отдавать на растерзание просто так отказалась. До драки сверхсущностей из‑за трех смертных не дошло. Они заключили между собой договор, ни интересуясь нашим мнением ни в малейшей степени. Наши магические силы урезались. Вернее сказать, кастрировались. А сами обидчики Окреша разъединяли свой дружный коллектив и оказывались засунуты в очень опасное место, тем не менее дающее шанс выжить. Я вот в учебный легион угодил. Если подумать, то это хуже, чем штрафной батальон Великой Отечественной. Мечом и копьем как правило убивают дольше и больнее, чем снарядом и пулей.
— Не солгал донос, — хмыкнул второй монах, неуловимым глазу движением ловя кончик уже занесенной для удара плетки. — Маг крови. Редкая птица. Ты зачем сюда попал, ведьмак? В жизни не поверю, чтобы такая персона совершила то, что написано в приговоре и столь глупо попалась. И не лги! Мне Отцом Времен…
— Тебе даровано право отличать истину от лжи, — продолжил я за него. Сталкивался уже с подобным фокусом в исполнении церковника. Тот кто им владел, отец Фоул, правда аж целым настоятелем монастыря числился. В принципе вполне приличный был тип, не без странностей правда, но фанатики по определению к нормальным людям не относятся. Блин и чего ж ему сказать‑то? А впрочем…
— Ты слышал про обычай моей покровительницы давать своим слугам трудновыполнимые задания? — уточнил я.
— Конечно, — кивнул тот. — Изучение особенной культов, способных совратить умы прихожан входит в базовый курс теологии. И ты, вижу, уже одно такое выполнил, раз стал ее жрецом, ибо слуг своих она принимает только лично.
— Так вот она пожелала, чтоб я был здесь, — такой ответ, в принципе, абсолютно точен. После договора небожительницы с архидемоном очнуться мне довелось уже в тюрьме. Да и приговор, уверен, был согласован в высших сферах загодя, уж слишком он суровым оказался. — Выживу и смогу кое–чего добиться, получу в награду увеличение магических сил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
